15:17 

Аарадия [DELETED user]
Мой первый фик, жду летящие тапки, только не очень больно, пожалуйста.

Автор: Гелла Риан
Фэндом: Лабиринты Ехо, Макс Фрай.
Персонажи, пейринг: Шурф/Макс
Рейтинг: PG
Дикслеймер: Мне ничего не принадлежит, денег фиками не зарабатываю.
Размер: миди.

Судьбоносное жало.
Волею судеб и распоряжением господина Почтеннейшего Начальника нас занесло в Куманский Халифат. Работенка была не из приятных, хотя и вполне обыденная – в Ехо завелся опасный тип, повадившийся убивать ни в чем не повинных людей. А потом он спешно удрал сюда. Буквально за полчаса – Меламори, стоявшая на его следе, была немного обескуражена, когда след прервался, а его владелец бесследно исчез. Впрочем, Джуффину не понадобилось много времени, чтобы выяснить его местоположение. И мы с Шурфом отправились выполнять грязную работу по уничтожению тронувшегося умом мага-недоучки. Тронувшегося умом в буквальном смысле слова – безумием от него несло за версту, поэтому нашей задачей было доставить его обратно в Ехо и сдать на руки лекарям Приюта Безумных. Однако с этой задачей мы не справились – и теперь тело безвинно убиенного психа с прожженой на лоохи дыркой лежало у наших ног.
У меня не было другого выхода – либо я его убью, либо он Шурфа. Так уж все повернулось. У мерзкого пройдохи оказалась совершенно идеальная реакция, и ему удалось увернуться от парализующей перчатки и непостижимым образом оказаться за спиной моего друга. После чего у меня была доля секунды, времени на раздумья не было, и я решил плюнуть на этого грешного безумца. В буквальном смысле этого слова. Результат, как я уже и говорил, лежал у нас под ногами.
- Макс, у меня бы хватило времени увернуться от его молнии, которую он собирался выпустить мне в спину. Так что это ты зря. Распоряжение было немного иным. Ты всегда делаешь все слишком поспешно, тебе не мешало бы тренировать выдержку. Поверь мне, я и не из таких ситуаций выходил, а реакция у меня не хуже, чем у нашего почившего соперника.
Он смотрел на меня немного укоризненно. А я только возомнил себя героем, спасшим жизнь своему самому близкому другу. Эх... Впрочем, хуже никому не стало.
- Какая разница, дырку над ним в небе? Все равно его бы ждала участь до конца дней лежать овощем в Приюте Безумных. Не так уж много он потерял.
- Я не очень понял твоего сравнения нашего врага с овощами, но могу сказать тебе одно – приказы должны выполняться, а долг превыше всего. От нас не ждали самодеятельности.
- Ой, Шурф, не будь таким занудой, - сказал я, вытягиваясь на теплом песке, опершись спиной на огромный булыжник, - Фу, черт, скорпион!
Возле моей ноги было это противное порождение живой природы в хитиновом панцире. Я не очень-то боюсь таких тварей, но не хотелось бы стать жертвой ядовитого укуса – не самая приятная вещь на свете.
- Макс, не шевелись, - почти шепотом сказал Шурф.
Я повернулся к нему. Такой тревоги на обычно безэмоциональном лице своего друга я еще никогда не видел. Поэтому решил не спорить. Тем временем он снял защитную перчатку и направил смертоносную руку в сторону ни в чем пока не повинного, но потенциально опасного животного. Скорпион, судя по всему, почуял опасность, и решил найти убежище в складках моего лоохи. Я подскочил, как ошпаренный, когда почувствовал щекотание его лапок по своей ноге. Еще немного, и я завизжал бы, как девчонка. От испуга я начал хлопать себя по ногам, пытаясь сбить грешного скорпиона обратно на землю. Шурф что-то крикнул, но я его не расслышал. Наконец, мне удалось сбросить тварь на песок, однако из этой битвы я вышел с небольшими потерями – поганец таки умудрился меня ужалить. Его укус был не особо болезненным, я поморщился и потер укушенное место.
- Все-таки достал, черт возьми, - пробормотал я.
Мелькнула молния, и под моими ногами лежала кучка пепла, бывшая секунду назад скорпионом.
А вот дальнейшей реакции Шурфа я несказанно удивился.
Он подошел ко мне вплотную, в его глазах читалась одновременно печаль, обреченность и бешеный страх. Посмотрев мне в глаза пару секунд, он крепко стиснул меня в объятиях, да так, что я практически повис на нем, а ребра предательски хрустнули.
- Шуурф! Ты что? Ты так боишься этих тварей? Успокойся уже, ну подумаешь цапнул! Сейчас отлежусь и буду как новенький! Меня в свое время такой же, только в два раза больше, цапнул за палец, и ничего, живой. А вот ты мне сейчас все ребра поломаешь! – я попытался вырваться.
Он отстранился. Теперь его взгляд был донельзя обеспокоенным и печальным.
- Ты хочешь сказать, что в твоем мире скорпионы не ядовиты? – спросил он.
- Ну, ядовиты, конечно, но бывают вещи и похуже укуса скорпиона.
- Тогда присядь, пожалуйста, Макс. Грешные Магистры, ты же не знал. Да и откуда бы...
- Что случилось-то? – я начал пугаться – слишком разительна была перемена, произошедшая с моим другом, сохранявшим ранее хладнокровие даже в совершенно жутких ситуациях. Я машинально плюхнулся на горячий булыжник.
- Куманские скорпионы – самые опасные существа в мире. Я не преувеличиваю. Их яд убивает медленно, но всегда верно – у тебя есть две дюжины дней, после чего... – он запнулся – ты умрешь.
До меня не сразу дошло то, что он сказал. Но когда дошло, я подскочил.
- ЧТОО? То есть, ты хочешь сказать, что от укуса этой букашки я отправлюсь на тот свет?
Шурф только кивнул. Теперь-то я понимал его реакцию. И умирать мне совершенно не хотелось.
- Неужели нет противоядия?
- Есть.
Я вздохнул с облегчением.
- Ну, что же тогда ты меня пугаешь?
- Яд арварохской змеи нейтрализует яд скорпиона. Но убивает мгновенно, если не провести быстрое очищение крови.
Хрен редьки не слаще, оказывается...
- И...что? – мой голос стал глухим и каким-то чужим.
- И все, - лаконично ответил мне Шурф.
- Нет, должен быть какой-то выход, - я вскочил и начал ходить кругами, - Мы сейчас заберем труп этого пройдохи, поедем в Ехо, расскажем все Джуффину и он нам поможет. Он же все может, наверное. К тому же, может, он и не подействовал, этот грешный яд? Я ровным счетом ничего не ощущаю!
- А ты и не должен, - с горечью ответил мне друг, - первые ощущения придут где-то через десять дней. А потом ты будешь медленно... – он опять запнулся, - умирать.
Только сейчас до меня начала доходить безвыходность положения. И я не придумал ничего лучше, чем бухнуться на песок и заплакать. Не ожидал от себя такой истерики, но когда тебе говорят, что через две дюжины дней ты будешь покойником – и не такое устроишь.
Я почувствовал легкое прикосновение рук Шурфа, он сел рядом со мной и снова крепко обнял. На этот раз я просто уткнулся носом в его лоохи и продолжил жалеть свою жалкую задницу – страх близкой смерти обуял меня.
Так прошло где-то полчаса, и мой друг практически не шевелился, только положил мне руку на голову. Я поднял, наконец, глаза – он смотрел на меня взглядом, в котором читалась такая печаль, что я понял – дело действительно плохо.
- Я послал зов Джуффину, - сообщил Шурф.
- И что он говорит?
- Он шокирован. Шокирован настолько, что его хватило только, чтобы велеть нам ехать домой. Кстати, труп тоже надо прихватить.
Я посмотрел на неподвижное тело и подумал, что скоро сам буду таким же. От этой мысли мне снова захотелось расплакаться, но я сдержался. К Шурфу так и не вернулось его хладнокровие, хотя он безуспешно пытался привести себя в порядок.
- Макс...
- Да?
- Ладно, не важно. Садись, я поведу амобилер.
Он взмахнул рукой, извлекая наш транспорт из пригоршни, затем произвел обратное действие с трупом безумца и мы отправились домой.
Дорога проходила в подавленном молчании. Мы просто не понимали, что друг другу сказать в сложившихся обстоятельствах. Мне хотелось нести успокаивающий самого себя бред о том, что мы сейчас вернемся в Ехо и добрый волшебник Джуффин по мановению руки вернет все на круги своя, однако я прекрасно понимал, что все гораздо серьезнее, чем кажется. И как глупо, черт возьми, умирать от такой дурацкой случайности. И почему, интересно...
- Шурф, почему меч Мёнина не предупредил меня об опасности? Обычно он всегда срабатывал, когда мне угрожала смертельная беда. В конце концов, для этого он и нужен, этот грешный ножик!
Мой друг только пожал плечами. К нему постепенно возвращалось ледяное спокойствие, хотя я прекрасно понимал, что это лишь маска – только так он мог защитить и себя и меня от шквала эмоций. А я... Во мне родилось какое-то странное чувство – обреченная неизбежность, с которой рано или поздно придется смириться, и лучше рано, если я не хочу прожить остаток дней в истерике, словно экзальтированная дамочка.
- Шурф... Главное – не подавать вида, что что-то происходит, - неожиданно сказал я. Сам не знаю, почему я решил так.
- Ты на редкость мудр, Макс. Пожалуй, даже слишком, - он грустно улыбнулся уголками губ, - Смерть только так и стоит встречать.
- Да, пожалуй. Прости меня за истерику. Слишком внезапно все это.
Спустя несколько дней мы уже подъезжали к воротам Ехо.
У меня не было ни малейшего желания отдыхать, хотя ночевки в амобилере обычно вызывают у меня неукротимою жажду пару суток поспать сном младенца в любимой кровати. Сейчас явно было не до этого.
Даже не переодевшись, мы отправились в Дом у Моста. Шурф сразу отправился в морг, чтобы выгрузить тело грешного преступника, а я отправился прямиком к Джуффину, даже не представляя, что говорить. За все те дни, которые мы были в дороге, он ни разу не послал мне зов – неслыханное дело.
В кабинете Почтеннейшего Начальника я почувствовал еще более сильное напряжение. Когда я зашел, Джуффин стоял, отвернувшись к окну, опустив голову, будто напряженно думал о чем-то.
- А вот и ты, Макс, - потухшим голосом сказал он.
- Вот и я, - почему-то тупо повторил я.
- Серьезно, я даже не знаю, что и говорить тебе. В кои-то веки я никак, действительно никак не могу помочь тебе.
- Я это уже понял. И даже почти смирился со своей участью.
- Ты все делаешь быстро, - грустно улыбнулся мой начальник.
Фраза вышла весьма двусмысленной, поэтому я не удержался и брякнул.
- Ага, и умираю тоже.
- Поражаюсь – даже на пороге неизбежной смерти ты не потерял способности шутить.
- А это не шутка, это констатация факта, - мрачно ответил я.
В этот момент дверь отворилась и в кабинет вошел Шурф. Кивком поздоровавшись с Джуффином, он встал рядом со мной.
- Могу я кое о чем попросить вас? – спросил я Джуффина.
- Конечно, мальчик мой.
- Пусть вся эта история останется между нами. Я не хочу утирать сопли всему Тайному Сыску, - криво ухмыльнулся я.
- Я понимаю твое решение, даже сам хотел предложить это, - кивнул Джуффин.
- Трогательная забота о друзьях, Макс, - тихо сказал Шурф, - Ты сможешь столько времени жить, не подавая вида, что скоро все закончится? Я знаю твою эмоциональность...
- Думаю, да. В конце концов, у меня есть твои дыхательные упражнения, - ко мне внезапно начало возвращаться более-менее сносное настроение, видимо, я окончательно свыкся с мыслью, что недолго мне осталось топтать эту грешную землю, и не стоило отравлять эти жалкие недели тоской по себе любимому.
- Угу, только ты никогда не вспоминал о них в нужный момент.
- Ладно, я вот что скажу – никто ничего знать не должен, а когда придет время, что я не смогу доползти до своего рабочего места, просто скажем всем, что я уехал в командировку. А правду можете рассказать уже потом. Так будет проще для всех.
- Да, Макс. Иди домой. Тебе нужно отдохнуть.
Я только кивнул и отправился к любимой подушке – внезапно напала дичайшая сонливость.
***
- Этот мальчик гораздо храбрее, чем мне казалось, - грустно сказал Джуффин, когда Макс закрыл за собой дверь, - Он смотрит прямо в глаза смерти. Многому же он научился.
Шурф кивнул.
- Неужели нет способа? Первый раз я начинаю понимать, что такое – когда рушится непропорционально большая часть личной вселенной, грозящая утащить с собой все остальное... Это, пожалуй, страшнее собственной смерти.
- Ты стал так открыто говорить об этом...
- А какой смысл теперь-то скрывать? Точнее, делать вид, что скрываю – вы же давным-давно все понимаете.
- Понимаю. И гораздо больше, чем тебе кажется.
- В смысле?
- Иди спать, Шурф.
- Понятно. Как всегда, говорите загадками...
Он развернулся и широкими шагами вышел из кабинета.
***
Я с трудом представляю, какие душевные силы имеет этот мальчик – но он держится так бодро, словно действительно ничего не случилось. Даже мне требуются нечеловеческие усилия, чтобы не потерять над собой контроль – и последнее время это все сложнее и сложнее – прошла уже почти дюжина дней. Он не очень-то хорошо выглядит, но виду пока не подает. А мне страшно. Просто страшно. Страшно терять то, что только что обрел. Я никогда так не боялся.
Сегодня утром он зашел ко мне в кабинет. Кажется, самообладание начало изменять ему – на лице была такая гамма эмоций, что я понял – осталось совсем немного.
- Шурф, - деревянным тоном сказал он, - Кажется, началось.
Прищелкнув пальцами, он попытался выпустить Смертный Шар в стену. Вместо него вылетело зеленое облачко, которое тут же рассеялось. Силы покидали его.
Я только сдавленно кашлянул – сил говорить просто не было.
- И Меч Мёнина... Сегодня утром я понял, что он пропал.
- Пропал? – удивленно спросил я.
- Ну да, я его не чувствую. Думаю, что он понял, что уже не нужен и вернулся своему законному владельцу.
Неумолимо, минута за минутой, уходило время. Больше я не мог игнорировать себя и свои эмоции и снова обнял его. Он не вырывался, как тогда, в пустыне, а как-то неловко обхватил меня за шею и повис безвольной куклой.
- Не переживай за меня. В конце концов, кто знает, может, Мёнин был не прав, и Вершители не умирают навсегда? – в его голосе была надежда.
- Я бы не надеялся на это, - сдавленно ответил я, выпуская его. Пусть жестокая, но правда. Я долго размышлял об этом, когда Макс рассказал мне историю появления в его груди спасительного меча, и пришел к некоторым своим выводам. Озвучивать их не хотелось.
- Ну да, надежда – глупое чувство... Что ж, пойду-ка я домой, прилечь хочется.
- Иди... Хочешь, я зайду к тебе после службы?
- Спрашиваешь... Зайди, конечно.
Прошло еще дней пять. Он выглядел, словно привидение – исхудал, под глазами залегли тени... Кофа и Мелифаро периодически участливо предлагали ему отдохнуть несколько дней, на что он только криво улыбался. Никто по-прежнему ничего не подозревал.
Утром ко мне в кабинет вошел Джуффин.
- Что ж, Макс отправился в свою командировку. Он только что послал мне зов – удивительно, как его на это хватает.
- Уже?... Позвольте мне... кхм... поехать с ним.
- Я и не сомневался, что ты этого попросишь. Конечно. Ему нужна помощь, - отрывисто сказал он и вышел.
Я отправился к Максу. Он лежал в кровати и что-то читал. Дверь, как обычно, была не заперта.
- Я так и думал, что ты придешь, Шурф, - мягко и как будто виновато улыбнулся он, - Сегодня я даже встать не смог.
- Лежи. Тебе что-нибудь нужно?
- Да нет... Я даже есть не хочу.
- На тебя не похоже, - я пытался улыбнуться, но не выходило.
- И не говори... Никогда не думал, что в меня даже кружка камры не влезет. Ничего не хочется. О, Шурф, принеси мне кое-что почитать.
- Что именно?
- Ты будешь смеяться, наверное, но «Легенды Ехо».
Я удивленно поднял бровь.
- Но это же детская книжка.
- Детская, взрослая – какая, к черту, разница? Мое-то детство прошло немного не здесь.
- Ладно, твоя правда.
Детская книжка... Ему тридцать лет – в нашем мире ее в этом возрасте и читают. Я начинал терять самообладание – моя личная вселенная, самое надежное, что только может быть, как считал Макс, грозила рухнуть и разбиться на тысячу осколков.
Книгу я ему принес.
Ему приходилось очень не сладко – постоянно заводил в очередной раз разговоры о вариантах его спасения. Смирился, да не до конца.
- А что, если сделать это... как ты там говорил... Промывание крови?
- Оно бы помогло секунд через тридцать после укуса. Это невозможно было сделать посреди пустыни, иначе бы я помог тебе – яд распространяется очень быстро.
- А что еще?...
- Ничего, Макс, - горько отвечаю я.
Последние три дня он почти все время спит, изредка читает. Есть он перестал совсем. Похож на скелет, обтянутый кожей. Иногда приходит Джуффин, но все реже – ему тоже больно смотреть, но я не могу отлучиться ни на миг. Спать перестал, только сижу и смотрю на него. Иногда мы разговариваем о том, что же будет дальше – у него свои теории, одна другой безумнее, а я даже не знаю, что ему ответить – не хочу отбирать у него надежду.
***
Сегодня начался горячечный бред. Он не может очнуться, только мечется по кровати. Прикладываю смоченное ледяной водой полотенце к голове – затихает. Он вряд ли меня слышит, а я шепчу то, что так и не решился сказать за все это время. Так и не услышит. Я не знаю, то ли корить себя за это, то ли нет – вспоминая о порядках его родины, я не думаю, что это принесло бы ему много радости. Тем лучше. Для нас обоих. Но сейчас я обязан обо всем рассказать. Пусть он и не услышит меня, не поймет.
Открывает глаза, но в них уже нет искры жизни – затухает. Смотрит куда-то мимо меня, в пустоту, пытается что-то говорить. Глупая, глупая, совершенно нелепая смерть. Начинаю винить себя – мог бы раньше заметить этого грешного скорпиона. Макс бы, наверное, начал переубеждать меня, но я считаю виноватым только себя.
Смотрит... В пустоту... Не могу выносить его взгляд, отворачиваюсь.
А когда поворачиваюсь, вижу остекленевшие глаза. Кажется, я уже и забыл, что такое слезы...
Обнимаю его и рыдаю. Конец. Моя вселенная разбивается на тысячу осколков.
Встаю, начинаю ходить по комнате. Мои глаза натыкаются на книгу, которую он читал. Беру ее. Одна страница заложена. «Кровь Шеоны», древняя сказка. У меня начинают дрожать руки. Неужели он хотел мне что-то сказать? Нет, это невозможно. Во-первых, это сказка, а во-вторых...Нет, невозможно. Но мне кажется, что я схожу с ума. Отбрасываю книгу, посылаю зов Джуффину.
«Все»
«Все...» - эхом повторяет он, - «Я сообщу ребятам, они должны знать».
«Подождите. Не надо пока ничего говорить.»
«Что ты задумал, Шурф?»
«Не важно. Но если что – вы сами сможете сдать меня в Приют Безумных, я даже не буду сопротивляться».
«Шурф, не надо...Ничего не надо, ты же знаешь, что все кончено».
«Дайте мне несколько дней. И не приходите сюда, главное – не прощайтесь с ним».
«Ты уверен, что с тобой все в порядке? Никто не умеет воскрешать мертвых Вершителей».
«Я не уверен, но я же сказал – я сам сдамся на руки лекарям, мне терять уже нечего».
«Делай, что считаешь нужным», - обреченно соглашается он, - «Но надеяться уже не на что».
«Возможно. Но не мешайте мне».
«Даю тебе три дня, и никак иначе. Мне все это не нравится, но ты и сам поймешь...Отбой»
«Отбой».
В горле защекотало и слезы навернулись снова – этому словечку нас научил Макс. Я старался не смотреть в сторону холодеющего тела, лежащего на кровати. Если я все правильно понял, то надежда есть, каким бы глупым ни было это чувство.
Я буквально выбежал из дома, крепко заперев за собой двери – никто не должен потревожить твой покой.
«Кровь Шеоны» - это древняя легенда о цветке, который вытягивал души умерших из загробного мира. Собственно, сам цветок никогда не был легендой – эти белые цветы, похожие на лилии из мира Макса, росли в садах, неподалеку от Ехо, но детская сказка гласила, что если два человека искренне и преданно любят друг друга, то цветок становится проводником в мир мертвых, и душа возвращается. Я, пожалуй, действительно сошел с ума, раз поверил в подобное. Рациональное мышление напомнило мне, что даже если таинственная субстанция под названием «душа» вернется в тело Макса, то ничего не получится, если тело будет не пригодно к ее возвращению. Поэтому я должен был совершить самый сумасшедший поступок в своей жизни – исцелить мертвое тело.
Для начала нужно было достать яд арварохской змеи. Это было не так-то сложно, хотя и придется нарушить некоторые служебные инструкции. Да и гори они белым огнем.
Через полчаса я стоял под дверью человека, которого сам же и арестовывал – лет пятьдесят назад я упек этого человека в Холоми за торговлю орудиями убийства. Я подозревал, даже знал, что он продолжил свою деятельность после выхода из тюрьмы, однако прямых доказательств у Тайного Сыска и полиции не было, поэтому его оставили в покое.
Обрюзгший мужчина с неприятным лицом открыл мне и отшатнулся от дверей.
- Сэр Шурф, - заискивающим тоном сказал он, - Чем я могу помочь вам?
- Пусти, - только и сказал я, удивившись своему хриплому голосу.
Он пропустил меня внутрь.
- Яд арварохской змеи. Он есть у тебя, я знаю.
- Н-нет, что вы говорите! У меня хватило ума завязать со своей деятельностью.
- Не отнекивайся, я не арестовывать тебя пришел. Плачу любые деньги, - сам удивляюсь теперь, как я мог все это делать и говорить, но у меня не было другого выбора.
Выражение лица пройдохи сменилось сначала на подозрительное, а затем на насмешливое. Очевидно, на моем лице было написано, что я не в себе. Впрочем, он всегда был легковерным.
- Откуда мне знать, что ты не ловишь меня на крючок?
- Оттуда. Мне дать тебе клятву?
- Пожалуй.
Я торжественно поклялся ему, что не собираюсь его арестовывать , чувствуя себя почему-то полным дураком.
Затем он велел мне подождать, а сам спустился в подвал. Оттуда он вернулся с пузырьком, в котором плескалась мутно-зеленая жидкость. Я расстался с половиной своего месячного жалования и пообещал наглецу, что если он надумает кому-то рассказать о сегодняшнем инциденте, то его ждет уже не Холоми , а встреча с моей смертоносной перчаткой.
Потом я поехал, за цветком. Это оказалось не в пример проще, чем добыть яд змеи. Несмотря на то,что они росли повсеместно, я еще не слышал, чтобы кто-то с их помощью занимался оживлением мертвых – даже самые страстные влюбленные. Впрочем, мало кто верит в сказки...
***
Я умирал. Если верить Шурфу, оставались считанные дни. Я развлекал себя чтением детских сказок – не знаю, почему, но это чтиво лучше всего остального успокаивало мои нервы и прогоняло из головы мысли о приближающемся конце. Периодически эмоции брали верх, и тогда я истерически выспрашивал у Шурфа любой способ спасти мою грешную задницу, хотя и знал, что если бы такой способ был, то он сейчас бы не сидел рядом со мной, безнадежно глядя то на меня, то на стену. Иногда мы говорили о загробном мире. Судя по его словам, он знает то, чего не знаю я – какие-то подробности о смерти Вершителей. Впрочем, Мёнин говорил, что мы умираем навсегда. Думаю, этого хватало.
Прошло несколько дней. Он не отходил от моей кровати – и как у него только хватало сил? Старался поддерживать свое хладнокровие, но плохо получалось. Я уже почти не мог сосредоточиться, периодически впадал в забытье, где мне слышался призрачный голос Шурфа.
Вскоре я уже не мог даже читать. Зачем-то положил в книгу закладку – будто бы я вернусь когда-нибудь к ее чтению...
А потом стало совсем плохо.
Приходя в себя, я понимал, что даже взгляд сфокусировать не могу, и снова закрывал глаза. Его лицо стало едва различимым мутным пятном, как и все вокруг. Было больно, обжигающе жарко, во рту было словно толченое стекло, голова раскалывалась на части, а мир кружился вокруг меня, как какая-то безумная карусель. А потом все кончилось. Потом я умер.
Никогда не думал, что смерть – это такое облегчение.
То, что происходило дальше – самое странное, что случалось в моей недолгой жизни.
Я почувстсвовал небывалую легкость – меня неудержимо тянуло куда-то вверх, в темноту, а потом все замерло. Ко мне вернулось зрение и память. Это было все, что осталось от меня. Кругом была сияющая белизна и свет. Каким-то образом я понял, что могу говорить.
- Где я?, - мой слабый голос потонул в бездне света.
И бездна ответила.
- На твоей родине это место назвали бы чистилищем. Ты умер, Макс.
Голос окружал меня, он не был ни тихим, ни громким, ни мужским, ни женским – это практически невозможно описать, но у него не было никаких признаков.
- Да уж, спасибо, я в курсе.
- Что ты хочешь знать, Вершитель?
- Я хочу знать только одно – как мне выбраться из этого грешного местечка и вернуться обратно.
- Это невозможно.
- Как невозможно? Вершитель я или нет? – на меня накатывало раздражение.
- Здесь твоя сила не имеет никакого значения. Ты больше не можешь использовать свои способности.
- И... Что теперь будет?, - я внезапно почувствовал, что у меня пропадают все чувства и эмоции, остается только разум и желание узнать хоть что-то о том, что же со мной происходит.
- Ты же знаешь, как умирают Вершители?
- Нет, - глупо брякнул я.
- Знаешь. Это навсегда. Если тебе нужно знать подробнее – я отвечу на все твои вопросы.
- Что значит «навсегда»? Что дальше будет?
- Ты сам прекрасно знаешь, что такое «навсегда». А дальше не будет ничего.
- Стоп, а ты вообще кто?
- Это не имеет никакого значения.
- Что значит, не будет ничего? Я исчезну?
- Да.
- Вот оно значит как...
- Знаешь, Макс, - голос вдруг решил, что пришло время откровений, - На твоей родине рождаются сотни Вершителей. И твой мир таков, что большинству людей удобнее верить, что после смерти все заканчивается. Некоторые мудрецы считают, что небытие – это высшее благо. Они действительно мудры, и ты это поймешь.
- То есть, Вершители исчезают в небытие?
- Именно так.
- А другие?
- А что тебе до других? Впрочем, если это тебя интересует, я отвечу. Существует бесчисленное множество миров, и каждому живому существу дается, как это говорится у тебя на родине, по его вере. Рай или ад, перерождение, еще что-то – верований столько же, сколько и существ, населяющих миры. И это, если можно так выразиться, исполнение их последнего желание и уход существа дальше в колесе Существования.
- А Вершители? Чем они не угодили?
- Подумай сам, Макс. Мир держится на одном законе – законе Вселенского Равновесия. Все, что ты получаешь в своей жизни, должно иметь противовес – плату. Иначе нарушается гармония существования и ткань мира может порваться. Вершитель получает все, что он пожелает, поэтому рано или поздно он должен исчезнуть, иначе одна из чаш весов, если тебе понятна эта метафора, перевесит, а это ведет к самым ужасным последствиям для всего мироздания. Но этого не случается – все Вершители умирают, рано или поздно, так или иначе.
Странно, но я даже не удивился – все казалось логичным и правильным.
- Допустим. Что же я тут делаю, если должен, по твоим словам, раствориться в небытие?
- Все сюда попадают. Ты получаешь ответы на свои вопросы. А еще – ты должен смириться и принять участь, которая тебя ждет.
- А если не приму?
- Рано или поздно примешь. Все принимают.
- Но какая глупая смерть... И почему меч не спас меня?
- У каждого Вершителя есть что-то, что ограждает его от умирания – как правило, эту вещь он создает сам тем или иным образом. Сам знаешь, достаточно только пожелать. Но если бы это могло их спасать вечно – они бы не умирали. Их смерть неизбежна, и почти всегда внезапна и глупа.
- Я ничего не понял.
- Не мудрено. Как бы ни были могущественны эти вещи, они не могут спасать тебя вечно, иначе бы это нарушало закон Всемирного Равновесия. Чем серьезнее ситуация – тем лучше работает твой «спаситель».
- То есть, я так и должен был умереть – совершенно случайно?
- Не бывает случайности, бывает только неизбежность. Твоя смерть была неизбежна. Не имеет значения, случись это сейчас или через сотню лет.
- Еще как имеет, - возразил я.
- Для Вечности и Мироздания – нет.
- Ну тогда верни меня на место, я поживу еще хоть сотню лет. Да что там... Хоть год мне дай, - я почувствовал, что эмоции снова накатывают на меня.
- Я не могу тебе ничего дать. Точнее, могу, но не сделаю этого – твое тело умерло, твой срок истек. Смирись с этим. Душа не может существовать в мертвом теле.
- Но...
- Да, Макс. Без тела ты можешь существовать только здесь. Переселить тебя в другое тело я не могу – непозволительная роскошь для Вершителя. Я, конечно, в какой-то степени, всемогущее создание, но и у меня есть свои служебные обязанности, знаешь ли.
- А если мое тело будет готово к вселению души? – почему-то спросил я. Интуиция подсказывала, что где-то существует выход, пока я еще стою здесь и треплюсь с этим невидимым и всемогущим стражем.
- Это практически невозможно. Тело разлагается быстро, оно убито ядом.
- Все-то ты знаешь...
- Разумеется. Здесь хранится вся существующая информация.
- Да подожди ты со своей информацией. Если мое тело будет пригодно к жизни, ты выпустишь меня отсюда? – почему-то этот вопрос сейчас занимал меня больше всего, невзирая на то, что я прекрасно знал обстоятельства собственной смерти.
- Нет.
- Почему?
- Это не в моих силах.
- Ты же всемогущий.
- Не настолько, чтобы вернуть Вершителя.
- Ишь, заладил...
- Смирись.
Кажется, мне ничего не оставалось, кроме как окончательно смириться со своей участью и принять неизбежное. Однако что-то останавливало меня. Я прекрасно понял, что стоит мне принять свою смерть, как данность – и пропадет навеки сэр Макс из Ехо, а пока от меня что-то остается, есть надежда. И откуда у меня взялась только эта надежда?
Неожиданно, все вокруг стало ярко-красным и заклубилось. Свет стал меркнуть.
- Что происходит?
Голос на этот раз отвечал глухо, но все так же спокойно.
- Древняя магия. Такое случалось в давние времена. Очень давно.
- Что за магия, черт возьми?
- Твою душу вытягивает отсюда. Есть только одна сила, способная победить смерть.
- И что же это за сила? И почему ты мне раньше не сказал?
- Ты сам поймешь, что это за сила. А почему не сказал... Потому что сейчас это не происходит. Люди не верят в ее могущество. Что ж, я могу ошибаться. Как и любое существо, - голос стал почти неслышным, а потом наступила темнота. И боль. Знак того, что я жив.
Боль была невыносимой – похоже, ко мне решил вернуться мой верный меч, но кроме нее я чувствовал еще что-то. Прикосновения... Какой-то тихий шепот, странно знакомый. Неужели меня кто-то вытащил из этого грешного места?
Наконец я смог открыть глаза. Опять белый свет. Лежу где-то, на чем-то жестком, будто на столе. А рядом тихий шепот, с таким облегчением произносящий:
- Живой...
- Да, живой, - мой голос был тихим и слабым, - Но как, Шурф, как?
- Потом, все потом, - шептал он, обнимая мое ослабевшее тело, которое все еще болело. Моих сил хватило разве что на то, чтобы поднять одну руку – все-таки, с того света вернулся. А вот Шурфа мое воскрешение, похоже, поразило куда больше, чем смерть – он уткнулся лицом в мое плечо и то ли рыдал, то ли смеялся – я всерьез подумал, что он сошел с ума. Наконец, он сумел немного обуздать свои эмоции и посмотрел на меня. Его лицо сияло. Он подхватил меня на руки, словно пушинку – неужели я так исхудал? – и бережно понес куда-то. Я снова потерял сознание. На этот раз, хвала всем богам, ненадолго.
Очнулся я у себя дома, на кровати. Рядом сидел все так же сияющий Шурф, рядом с ним сидел не менее счастливый Джуффин, и оба смотрели на меня, ожидая, когда я наконец отрою глаза.
- И что произошло со мной, кто-нибудь расскажет?, - я попытался сесть, но у меня не получилось, сил хватило только чтобы слегка приподняться на локте.
- Ты умер. А потом воскрес. Точнее, Шурф воскресил тебя.
- Но как?
- Ты же сам оставил мне знак, Макс, - тихо сказал мой друг.
- Знак? – он умудрился меня озадачить.
- Ну, да. «Кровь Шеоны». Древняя легенда.
- Первый раз слышу.
- Ты что, потерял память? – обеспокоенно спросил Шурф, - ты же оставил закладку в той книге, которую читал. «Легенды Ехо». А я-то думал, зачем тебе эта детская книжонка?
- Эта детская книжонка всего лишь неплохо успокаивала меня. Пока я не дошел до такого состояния, что читать уже просто не мог. Всего-то...
- Но тогда получается... Это была случайность?
Я вспомнил слова странного создания, с которым общался в «чистилище».
- Не бывает случайности. Только неизбежность.
Джуффин фыркнул.
- Какой ты мудрый стал, сил нет. Смерть пошла тебе на пользу, я смотрю.
Мы облегченно рассмеялись.
- Что ж, ребята, я оставляю вас вдвоем. Думаю, вам есть, что обсудить.
С этими словами он покинул нас. Как только за начальником закрылась дверь, я собрал все свои жалкие силы, поднялся и повис на шее у своего спасителя.
- Шурф... Теперь, мне кажется, я должен сказать тебе это. А то вдруг я когда-нибудь еще раз умру, а ты и не узнаешь... Ты мне уже давно стал гораздо больше, чем другом. Думай теперь, что хочешь на мой счет, даже если тебя это шокирует, мне уже все равно, если ты вытащил меня с того света, в конце концов... В общем, вот.
Не знаю, понял ли он, что я имел в виду из моего сбивчивого монолога – сил сказать напрямую у меня так и не хватило. Однако я почувствовал ласковые прикосновения – он гладил меня по голове и крепко прижимал к себе.
- Я все знаю, мальчик, все знаю...
- Но откуда?
- Если бы это было не так, я бы не смог спасти тебя. Только любовь может быть сильнее смерти... Так гласит древняя легенда. И этот грешный цветок... Древняя, почти сказочная магия...
- Шурф, стой... Поподробнее, пожалуйста... Расскажи наконец, как тебе это удалось. В ответ получишь от меня сказочку про то, что происходит после смерти.
- Хм. Это было бы в высшей степени познавательно, - к моему другу возвращался прежний профессорский тон, - Что ж, я обязан тебе рассказать, как же это все получилось. Когда ты умер, мне показалось, что я сошел с ума. Я зачем-то взял книгу, которую ты читал, и увидел в ней закладку. «Кровь Шеоны» - на этом месте ты остановился, а я подумал, что ты таким образом даешь мне знак, и получил совершенно безумную надежду.
- Погоди. Что за Шеона такая?
- Легенда гласит, что цветок Кровь Шеоны обладает способностью вытаскивать души умерших с того света. Но только взаимная любовь может притянуть душу.
- Взаимная любовь... – эхом отозвался я.
- Да, ты все правильно понял.
Такого я никак не ожидал. Если так, то...
Мое признание, произнесенное пару минут назад, уже не казалось таким великим и шокирующим откровением. Мне внезапно стало так спокойно – я понял, что все наконец-то идет так, как нужно.
- Но ты продолжай, продолжай, - мое любопытство брало верх.
- А что продолжать? Уже было все равно, у меня было несколько часов в запасе, чтобы спасти твое тело, пока в нем не наступили необратимые изменения, я добыл яд арварохской змеи, отнес тебя к своему знакомому знахарю. Не переживай, он ничего не знает, просто его комнаты, где он принимает больных, подходили лучше всего, а на этого человека я могу положиться. Затем я ввел тебе яд этой грешной змеи, промыл кровь. Это, кстати, довольно сложная процедура на грани медицины и магии, и я опасался, что для мертвого тела она не будет иметь эффекта, однако все получилось, как нельзя лучше. Я уже говорил, но повторюсь еще раз – я чувствовал себя совершенно безумным, думал, что действительно сошел с ума, когда пытался исцелить твое мертвое тело, однако делал то, что задумал. После всего я провел древний ритуал с Кровью Шеоны – в детской книжке, он, разумеется, описан не так, как нужно, но я знаком с такой магией. Требовалась моя кровь, цветок и... и взаимное чувство. В последнем я здорово сомневался. Точнее, сомневался я в тебе – вспоминая, какие обычаи царят на твоей родине. Но не забывай, я сам подумал, что ты оставил мне знак, поэтому поверил в это...
- Поверил... – снова отозвался я, - И оказался прав.
Наверное, я покраснел до ушей.
- Макс... Теперь-то все будет хорошо?
- Ты меня спрашиваешь? Но одно я для себя уяснил – мне нужно опасаться только одного – смертоносных случайностей.
- Я постараюсь уберечь тебя от них. Даже если мне придется пожертвовать собой.
- Вот только этого не надо.
-Макс...
-Шурф...
Все возвращалось на круги своя. Все было так, как должно быть.

@темы: Шурф/Макс, слэш

Комментарии
2012-02-15 в 01:18 

marfusya
" ...И к тебе, все рвётся первая струна.." - (с) ♮♮
Очень здорово! И нежно.

2012-02-15 в 12:11 

Аарадия [DELETED user]
marfusya, спасибо ^^

2012-02-16 в 23:58 

Гелла Риан, очень понравилось! Молодец! Пиши еще, пожалуйста!)

2012-02-17 в 00:00 

Аарадия [DELETED user]
tehhi.shekk, пишу)) спасибо за отзыв, не ожидала, что так понравится.

в порыве вдохновения допустила фатальнейшую сюжетную ошибку, начало придется переписывать...

2012-02-17 в 00:07 

Гелла Риан, мне все связанное с Максом и Шурфом нравится :) (это мой секрет)

читать дальше

2012-02-17 в 00:11 

Аарадия [DELETED user]
tehhi.shekk, мне тоже)))

Я боюсь там слеш писать почему-то. Еще никто не писал, а я первая приду так...Уже не от одного человека слышала, что слеш по вселенной Фрая - бесчеловечное кощунство.

2012-02-17 в 00:16 

Гелла Риан, единомышленники))

Хм.. спросим :)
В крайнем случае буду рекламировать вас тайно! :D

2012-02-17 в 00:25 

Гелла Риан, переговорила насчет вас - ждем в Эхом Из Ехо :)
Так же ждем вас в нашем "теплом домике" сообщества Вконтакте :)

2012-02-17 в 00:30 

Аарадия [DELETED user]
tehhi.shekk, да я там уже давно и успешно состою))

2012-02-17 в 00:33 

Гелла Риан, ..а и публикуйтесь теперь :)

2012-02-17 в 00:39 

Аарадия [DELETED user]
tehhi.shekk, посмотрим)))

2012-02-17 в 00:41 

Гелла Риан, ждём-ждём :)

2013-06-06 в 19:21 

Ретя
Рано или поздно, так или иначе... (c)
И это первый фик?..
Даа, пожалуй, для первого слишком хорошо... *вспомнила свои первые твАрения Т.Т*
Действительно нежно и сюжет интересный.

   

арт по Максу Фраю

главная