18:13 

Неожиданно фанфик

Название: Нечто между ними
Фандом: Макс Фрай
Пейринг: Джуффин/Сотофа
Рейтинг: PG

Ау, есть здесь кто живой? Мне бы конструктивной критики, незабвенные (и бету заодно).


– Девочка, а признайся-ка старику Нуфлину: что между тобой и этим пакостный Кеттарийцем в самом деле? – Однажды поинтересовался Мони Мах.
Он был не настолько мал либо маразматичен, чтобы ему читали сказку перед сном. Но вот послушать хорошую сплетню от непосредственной участницы событий – почему бы и нет.
– Ничего, – безмятежно ответила тогда Сотофа, и Великий Магистр, поморщившись, недовольно потянул носом: нет, ложью не пахнет.
Ведь она сказала правду: между ними ничего нет. Зато есть у них. И не касается никого другого.
Даже Нуфлина.



Начать, пожалуй, стоит с того, что у них – общее детство.
– … негодники! Да чтоб вас вурдалаки позагрызалы, паршивцы! Бестолочи!
Леди Хэмма Ханемер стояла на крыльце собственного дома и на всю глотку орала, обсыпая проклятиями младшую дочь и её пакостного приятеля. Магией они, видите ли, баловались, колдуны малолетние. Да нормальные дети в тридцать лет в куклы играют, куличики из песка лепят – а эти превратили тесто на пироги в фиолетовую жижу, что не только фонтаном вырывалась из миски, но и залила весь пол в кухне.
– Ух, попадитесь же вы мне! – женщина напоследок пригрозила кулаком, хоть и подозревала, что толку в этом немного: небось, уже удрали, и теперь прячутся где-то на другом краю Кеттари. Магистры с ними. Сотофа сама домой придет, когда есть захочет; с мелким Халли пусть его родители возятся. А кухня сама себя не отмоет от фиолетовой гадости.
Под эти в высшей степени разумные рассуждения леди Ханемер вернулась в дом.
Стоит отметить, что она ошибалась в своих выводах. «Малолетние колдуны» всё это время находились в трех дюжинах шагов от нее – прятались за кустами, присев и прикрыв рты ладошками, чтобы не смеяться вслух.

За детством ожидаемо пришла юность, а вместе с ней и первые тайны на двоих, страшнее которых, как тогда казалось, быть не может.
– Джуффин, а шериф Аинти знает?
– Да, пожалуй, – он непрерывно смотрел в одну точку. – Но если бы Махи было не всё равно, он бы дал знать.
Смерть сэра Халли-старшего выглядит вполне естественно. Подумаешь, старый охотник на лис (горький пьяница к тому же) решил магическими трюками выманить чиффу из норы, но перестарался – и в результате разорвался на несколько кусков, так что даже хоронить его придется в закрытом гробу.
Пусть люди себе думают, как им удобно.
Джуффин раскачивается на стуле со стороны в сторону, совсем не замечая этого, и Сотофа обнимает друга за плечи, чтобы не дать тому свалиться к Темным Магистрам. А заодно и успокоить – хоть как-то.
– Ты не виноват. Просто так случилось.
– Сотофа, опомнись, - Джуффин щелкает пальцами, и с них срывается крошечный серый шарик, - я попытался переделать отца свежеизученым фокусом, – шарик врезается в стену комнаты и рассыпается на облачко искр, что тут же тают в воздухе, - а в результате убил. Знаешь почему? Потому что в самом деле именно этого и хотел. Все семьдесят лет своей дурацкой жизни – каждый раз когда видел его пьяным, каждый раз когда он пытался ударить маму или меня – я желал ему смерти. Свершилось. Молодец я.
Джуффин устало прячет лицо в ладонях. Ему не жаль, что так случилось. С человеком, которого будут хоронить через несколько часов, парня связывали только кровные узы – и ненависть, конечно. Тихая, хорошо припрятанная… всепоглощающая.
О том-то и речь: Джуффин абсолютно точно знал, как сделать правильно – одного Смертного Шара достаточно, чтобы подчинить человека своей воле и перекроить по собственному усмотрению. Подарить маме на старости лет идеального мужа, какого она всегда заслуживала.
Но с самом деле хотел иного.
А ведь Махи предупреждал ученика, что Смертные Шары исполняют только истинные пожелания своего творца.
– Клянусь, больше никогда не буду никого ненавидеть.
Сотофа на мгновение стискивает его в объятиях ещё крепче:
– Я прослежу, чтобы ты сдержал слово, – а потом добавляет неожиданно веселым голосом, пихая друга в бок маленьким кулачком: – сколько можно киснуть? Халли, ты обещал научить меня смотреть память вещей, и не думай, что мировая скорбь дает тебе право отлынивать!
Джуффин неуверенно улыбается.
Следующие несколько часов они заняты настолько, что и не вспоминают о предстоящих похоронах.

Молодость – самая, пожалуй, известная часть их общей истории, и большинство слухов держатся на воспоминаниях кеттарийцев о том, как помощник шерифа и первая красавица города играли в кошки-мышки.
–Джуффин! Что ты творишь!..
Это уже совсем не смешно. Сотофа не раз после размолвки оказывалась в Доме на Дороге. И даже научилась находить в этом нечто забавное – едва ли не каждую дюжину-другую дней идти под конвоем через весь город, на радость соседям («Во молодежь вытворяет!»). Но то, что происходит сейчас, не лезет ни в какие ворота. Едва за ними закрываются двери Управления Полного Порядка, пустого поздним вечером, Джуффин принимается стягивать с Сотофы её лоохи.
Мерзавцу сил не занимать. Верхняя одежда мгновенно оказывается на полу, и девушка готовится кричать – может, хоть кто-то услышит.
мВнутренний голос обиженно вопит: ну почему? Ну за что?
– Ложись, – Джуффин хватает её за руку, заставляет опуститься на укрытый ковром пол.
У него злой голос и совсем пустое лицо – пугающая маска, за которой Сотофа не видит своего лучшего друга. А значит, не обязана терпеть этого незнакомца. Вот только наберет в грудь воздуха побольше, закричит и…
… и Джуффин ставит на пол зеленую свечу, сквозь пламя которой смотрят память вещей. Причем ставит как раз между головой Сотофы и лоохи. А потом сам ложится рядом.
Тени на противоположной стене превращаются в картинку. Ракурс странный, но это не мешает рассмотреть, как Сотофа целуется с каким-то малознакомым пареньком. События вчерашнего вечера с точки зрения левого рукава её лоохи.
Свеча гаснет по щелчку пальцев.
– Вот скажи, – Джуффин нависает над ней, и взгляд у него такой отчаянный, что хоть сейчас бросайся с любого из городских мостов, – чем он лучше меня?
Глупо-то как получилось. Авантюра с тем другим парнем, ненужным и не важным, была задумана только для того, чтобы Джуфффин о ней узнал. И наконец-то увидел в Сотофе женщину, а не ребенка. А он, оказывается, видел. Но предпочитал хотя бы дружить, чтобы не получить окончательный от ворот поворот.
– Ничем.
Пусть хоть одна скотина попробует сказать, что первый поцелуй на полу в Управлении Порядка, между разбросанной одежды – это не романтично.

У них была весна на двоих – из тех, что случаются только раз в жизни.
Каждый луч солнца – для них, и каждый вздох ветра, и лепесток на вишне. И полумрак ночей, и Изнанка Темной Стороны, и все могущество Хонхоны. Весь мир прятался между их сплетенных тел, достаточно только захотеть – всё буде не поздно, а рано; именно так, а не иначе. Нет пределов их могуществу, но что с того, если это лишь обратная сторона их страсти.
Даже леди Хэмма Ханемер смирилась с их союзом, более того, принялась готовиться к свадьбе, запланированной на следующую осень. Вот уж правда чудо из чудес! И только сэр Аинти бормотал себе в усы о том, что хороший колдун не должен быть слишком счастлив, но кто же его слушал?
Джуффин и Сотофа любят друг друга, и в те благословенные дни кажется, будто ничто во Вселенной не может их разделить.
А холодок дурных предчувствий, то и дело пробегающий по спине, они научились не замечать.

Зря. Ведь осень так и не случилась.
Потому что Призвание – это такая интересная штука, против которой не попрешь. Всё равно что бодаться с Судьбой. У Сотофы – Призвание, а у Джуффина на попечении весь Кеттари.
– Я не могу уйти, – ком в горле мешает говорить, и у Джуффина получается только невнятный шепот.
Как же не вовремя Махи ушел, оставив заботы о городе ученику!
– А я не могу остаться, – Сотофе приходиться почти до боли сжать глаза в попытке сдержать слезы.
Ей бы радоваться. Ещё бы, фантастическая ведь удача – увидеть собственный жизненный путь в таком юном возрасте. Она твердо знает, что может и не идти – но только в Ехо, в одном из тамошних Орденов, найдет свое счастье. Потом. Когда-то. Почему же сейчас так больно?!
В полумраке спальни, которая могла бы стать их супружеским ложем, но не будет никогда, они прощаются навечно.
– Зато, – шепчет Джуффин Сотофе в крошечной паузе между скрипом кровати и собственным сладостным вздохом. – Тебя точно не примут в Орден Решеток и Зеркал.
– Да иди ты в задницу, – отвечает она с притворным возмущением.
Он останавливается, и даже немного отстраняется от любовницы, чтобы задумчиво ответить:
– Мне, в общем, и так нравиться, но если ты хочешь попробовать что-то новое…
Мгновение спустя они уже хохочут, прижавшись друг к другу.
В последнюю ночь много смеха, шуток, игривых покусываний и необидных задирок. Щемящая нежность, незваная гостья, так и норовит пробраться в каждое их прикосновение и каждый взгляд, но сегодня они не будут давать ей хода – ведь от неё всего два шага до отчаяния и горькой обиды на дуру-Судьбу.
Уж лучше смех. Лучше помнить свою любовь счастливой.
На рассвете Сотофа, набросив капюшон на голову, уходит – налегке, с собой только деньги и сменная одежда. Джуффин молча смотрит её вслед.
Кажется, что это – навсегда.
Старую угуландскую пословицу о том, что все дороги ведут к Сердцу Мира, им ещё предстоит узнать.

А ведь именно в Ехо три века спустя они сумеют по достоинству оценить общее происхождение.
Это вроде правил хорошего тона. Каждый кеттариец, уехав из графства Шимара, почти что обязан на новом месте найти своих земляков. Неплохой, в общем, обычай. Именно он подтолкнул Сотофу в свое время познакомиться, например, с Зогги Хлакком – дрянным карманником и лучшим в мире отцом. Удачно, ведь теперь уже три его воспитанницы ходят у Сотофы послушницами в Семилистнике.
Когда вся столица начинает судачить о шулере по прозвищу Чиффа, Сотофа не сомневается, что Судьба в любом случае предоставит случай познакомиться с этим человеком. Стоило бы сыграть на опережение, самой послать зов Чиффе, но… Завтра, завтра, не сегодня. Она и себе не может объяснить, почему тянет время.
И опаздывает.
Никто не успевает заметить, как смешливый картежник-выпендрежник превращается в самого матерого наемника по обе стороны Хурона. И Нуфлин, отведя Сотофу в сторонку, тихо говорит:
– Девочка моя, ты б поговорила со своим земляком, а? Ты же умница, объяснишь, что в грядущей смуте лучше таки быть за нас?
Это уже потом, после принятия Кодекса, когда Нуфлин по уши погрязнет в политических интригах против господина Почтеннейшего Начальника Тайного Сыска, Сотофа сумеет оценить иронию: Мони Мах сам призвал беду в свой дом.
А пока что она, после безуспешных попыток послать зов Чиффе, стоит на заднем дворе у Зогги – тот обещал устроить встречу.
Это как удар обухом по голове. Причем для обоих.
Встреча двух старых приятелей? Бывших возлюбленных? Наемного убийцы и потенциального заказчика? Не смешите. В саду между деревьев вахари, привязанных к ним качелей и разбросанных по земле детских игрушек встретились два чудовища. Что они с собой сделали? Зачем? Всего каких-то триста лет, а тот них прежних не осталось почти ничего – так, воспоминания и сожаления в мясной оболочке.
Они не могут отвести глаз друг от друга, захлебываясь ужасом и восхищением.
– Мне Зогги обещал встречу с некоей прекрасной незнакомкой, а в итоге подсунул магистра Мони Маха, – нарушая затянувшуюся паузу, ворчит Джуффин, давая понять: он всё видит. И понимает, пожалуй, больше, чем ему самому хотелось бы.
– Я тоже, знаешь ли, ожидала кого-то… попроще.
– А я и есть простой, как сапог! Если сравнивать с вами, леди с двумя тенями!
Он не злиться в самом деле, чувства этого нового Джуффина что рябь на воде. Скользят по поверхности, не задевая сути. И только где-то на самой глубине ему до безумия любопытно.
– Ну раз ты так незатейлив, то и договориться мы сможем в два счета! – Сотофа стучит указательным пальцем по собственному носу.
Грешные Магистры, она надеется на успех своей нехитрой шутки куда больше, чем следовало бы.
Вместо ответа Джуффин лишь поднимает голову к золотистого цвета небу, на котором собираются такие же неестественные зеленые тучи.
– Дождь вот-вот начнется, вурдулаков им под одеяла, этим любителями поиздеваться над погодой. Идем в дом? Уверен, у Зогги найдется для нас ведро дрянной камры и тихий уголок, где можно посудачить.
Джуффин, улыбаясь, протягивает Сотофе руку, в которую она тут же опирается.
В конце концов, два хороших человека всегда найдут способ восстановить потерянный мир.

Конечно, им нужно время, чтобы вновь стать друзьями. Зато замечательные союзники из них получаются сразу же – война в разгаре, тут не до выяснения отношений. А возможность опереться на чужое плечо – или хотя бы перекинуться парой слов по Безмолвной Речи, если нет времени на личную встречу – в подобных обстоятельствах вовсе бесценна.
«Джуффин, ты случайно не получал последним временем заказ на Тойхи Мемеро из Ордена Лающей Рыбы?» – «Случайно получал. Как раз сегодня вечером думал им заняться», – «Не спеши его убивать. Он неплохой парень и сносный как для мужчины колдун. Постарайся для начала убедить Тойхи в преимуществах жизни где-нибудь в Кумоне, ладно?» – «Ладно».
«Сотофа, можешь встретиться со мной через час в лавке Толстой Флосси? Маба Калох хочет нас обоих видеть».
«Ухожу в Хумгат. Когда вернусь – не знаю».
«Я сейчас у Тайного Входа в Иафах. Сил нет ползти куда-то. Четыре дня не спал, еще дольше не жрал…» – «… и подчистую истребил целый орден из двухсот человек, я уже слышала. Заходи, горе мое, буду тебя откармливать».
«Что-то ты зачастил на Темную Сторону, проходимец», – «Не твое дело, незабвенная».
«Сотофа, ты тоже это почувствовала?» – «Нечто, случившееся с Кеттари этой ночью? Да».
«Я себе ученика нашел», – «Опять? Надеюсь, на этот раз получше Лаздея», – «Намного. Шурф тебе понравиться, обещаю».
«Вурдулаков тебе через решето, Джуф! Ты и правда откусил ухо генералу полиции?!» – «А, так это было ухо сэра Йоха. Я как-то не разобрал в процессе», - «Очаровательно. Если в ближайшее время по городу поползут слухи о твоем каннибализме, я даже не стану делать вид, будто удивлена».
«Джуффин, ты же не хуже меня понимаешь, что война не закончиться, пока Лойсо Пондохва жив. Джуффин?».

Леди Рани Халли была, пожалуй, единственной, кто в самом деле чуть не стала между ними.
Многие горожане по-настоящему осознают, что Смутные Времена закончились, только шесть дней спустя принятия Кодекса – день, когда Кеттариец гуляет свадьбу.
Приглашены едва ли две дюжины гостей, что не мешает этим преимущественно почтенным господам поставить на уши всё Ехо. Крики, шум, фейерверки – маленькая компания путешествует от трактира к трактиру, кутит, бузит, танцует на площадях под аккомпанемент оркестра, нанятого для увеселения толпы.
То, что по идее должно было быть маленьким праздником для двоих влюбленных и их ближайшего окружения, грозит превратиться не то в карнавал, не то просто народные гуляния. А Джуффину, кажется, только того и надо. Он радостно смеется, сорит деньгами направо-налево и сам сияет, как новая корона. В толпе ползет противный шепот: эти деньги ведь в крови наших близких. Джуффин тихо думает, прокравшись в каждую голову: но ведь не в вашей. Смутные Времена закончились, мы не поубивали друг друга – чем не повод жить дальше? Чем не повод для радости?
Сотофе едва ли есть до этого дело, хоть и она тоже сейчас на празднике.
Ей ведь даже почти не обидно: с мыслью, что им с Джуффином не быть вместе, она смирилась ещё лет четыреста назад. И узнай Сотофа раньше, к кому её друг так активно бегал на Темную Сторону – ничего бы не изменилось.
В конце концов, надо признать, что Джуфф и Рани подходят друг другу. Свежеиспеченная леди Халли мало чем уступает своему могущественному супругу, а это дорогого стоит. Возможно, они и правда будут счастливы вдвоем – по крайней мере, Сотофе хватает сил искренне им этого пожелать. Сотофа же не зря считается лучшей колдуньей в мире.
И ей ничего не стоит подчистить память всем, кто видел её в тот день плачущей.


Нуфлин, ещё немного поворчав для проформы, лёг спать. Едва Магистр погрузился в сон, Сотофа побежала к тайной двери в Иафах, на ходу сбрасывая личину старушки – её уже заждались.
– Ну где ты так долго? – спросил её моложавый красавец, в котором далеко не все смогли бы опознать пожилого Почтеннейшего Начальника.
Она отмахнулась – мол, пустяки – и без лишних слов потянула к себе в садовый кабинет. Не до разговоров.
В самом деле важно только то, что полвека назад, после ухода Рани по Мосту Времени, Джуффин не сразу принялся за сотворение Вершителя. Сначала он пришел к Сотофе, и отстал от неё до тех пор, пока не убедил: прошедшие семь сотен лет и всё, что было между ними, не имеют никакого значения. Важно только то, что здесь и сейчас.
А здесь и сейчас – ровно, как и там и тогда – они любят друг друга. И не позволят никому, даже себе, разрушить то, что есть у них
.

@темы: фанфик, гет, Сотофа Ханемер, Джуффин Халли

Комментарии
2014-04-13 в 22:30 

Isgerdr aka Erna
Я не стану умолять - я посмею выжить!
Ух ты! А мне понравилось.

2014-05-04 в 02:42 

iCindy
Try saying "Robert Redford" 10 times fast
Хороший, добротный фик! И несмотря на то, что мой ОТП - Сотофа/Нуфлин мадам знает толк в извращениях xDD, мне очень понравились отношения Сотофы и Джуффина здесь. Я их себе так и представляю: крепкая-прекрепкая любовь-дружба, которая прошла через многое, которую ничто не пошатнет и которая не рождает никаких эмоциональных бурь, а которая, наоборот, эти бури помогает усмирить.
це дивовижне життя, очень круто! :vo:

2014-05-13 в 14:01 

Gangadhar
Om Namah Shivaya
Миленько получилось, вполне вписывается в канон ^_^

2014-05-23 в 11:52 

Леди*Ночь
-Как радоваться жизни,когда одни проблемы? -Жизнь дана не чтобы ждать, когда стихнет ливень,а чтобы научиться танцевать под дождем.(с)
це дивовижне життя, мне понравилось. Красиво вы пишете. И история очень близка к канону, ну, на мой взгляд. :red:

   

арт по Максу Фраю

главная